Перейти к содержимому. | Перейти к навигации

Personal tools

Произведения Гофмана

В отделе редких книг Научной библиотеке МПГУ хранится четыре книги Эрнста Теодора Амадея Гофмана:Серапионовы братья small

 

Собрание повестей и сказок «Серапионовы братья» 1836

3-е издание «Волшебных сказок для детей» small

 

 

 

 

3-е издание «Волшебных сказок для детей», вышедшее в свет в 1883 году


Кот Мурр II м Кот Мурр III м

II и III части книги «Житейские воззрения кота Мурра вместе с отрывками биографии капельмейстера Иоганнеса Крейслера, изложенной в добавочных макулатурных листах», изданные около 1893 года

 

 

Биографическая справка.

Немецкий писатель, композитор, художник

Эрнст Теодор Вильгельм Гофман (Ernst Theodor William Hoffmann)

(24 января 1776, Кёнигсберг25 июня 1822, Берлин)

«Его сочинения суть не что иное,

как страшный вопль тоски в двадцати томах».

Генрих Гейне.

 

автопортрет мЭрнст Теодор Вильгельм Гофман (третье имя «Амадей» Гофман взял себе в 1805 году в честь почитаемого им Вольфганга Амадея Моцарта) родился 24 января 1776 в Кёнигсберге (в то время – столице Восточной Пруссии, ныне – Калининград).

Его отец, Кристоф Людвиг Гофман,  выходец из старого польского дворянского рода, капризный, страдающий запоями, но очень способный, мечтательный, увлекающийся, но беспорядочный человек, служил адвокатом при прусском верховном суде.

Он был женат на своей кузине, Альбертине Дерфер, полной противоположности супругу. Она была педантичная, аккуратная и набожная до фанатизма, невротическая женщина, склонная к душевной болезни и истерикам. Явно тяготясь пуританскими добродетелями жены, через три года после рождения будущего писателя отец оставил семью. С ним остался старший сын, Карл, а Эрнст с матерью вернулся к ее родителям.

Душевные муки отвратили мать мальчика от мира сего, и в воспитании сына участия она не принимала. Дядя Отто (Отто Вильгельм Дерфер), однако, считал своим гражданским долгом дать мальчику строгое и благочестивое воспитание, кроме того, у него не было своей семьи, поэтому вся энергия воспитателя была направлена на юного Эрнста. Несмотря на то, что именно он приобщил Гофмана к музыке, самой большой радости в его жизни, оставил о себе не очень лестную память у писателя, впрочем, как и весь педантичный уклад жизни в их доме: «...юность моя подобна выжженной степи, где нет ни бутонов, ни цветов, подобна выжженной степи, усыпляющей разум и душу своим безутешным дремотным однообразием». Но был в доме один человек, которого позже Гофман вспоминал как своего ангела-хранителя – тётя Иоганна (Иоганна Софи Дерффер) – остроумная, веселая и совсем не похожая на остальных членов семьи.

По семейной традиции (и под давлением родственников), Гофман поступил в Кёнигсбергский университет на отделение правоведения в 1792 году. В ту пору там преподавал профессор философии Иммануил Кант, лекциям которого молодой Гофман предпочитал уроки на фортепьяно.

В студенческие годы Гофман увлекался книгами Руссо, Свифта, Гёте, Шиллера, брал уроки живописи у художника Земана, у кантора и соборного органиста Подбельского – уроки игры на фортепиано и von_Hippel ммузыкальной теории. Родным домом для него стал не университет, а театр, где впервые он услышал оперу «Дон Жуан» Моцарта, восхищенно выучил ее наизусть и исполнял на фортепиано для своего друга Теодора Готтлиба фон Гиппель (сохранилась их обширная переписка).

Музыка же стала причиной первого взрыва чувств и бегства новоиспеченного судебного следователя из Кёнигсберга (будучи студентом, Гофман давал уроки музыки тридцатилетней даме по имени Дора Хатт, связанной несчастливым браком с пожилым виноторговцем, которая, по словам Гиппеля, сама добилась благосклонности студента, который, впрочем, не очень сопротивлялся. Когда в 1796 году об их отношениях стало известно широкой публике в Кёнигсберге, на семейном совете было решено отправить Гофмана к дяде Иоганну Людвигу Дерферу, советнику верховного суда в Глогау).

Гофман начал сам зарабатывать на жизнь, но вожделенной самостоятельности не обрел – дядя запретил ему даже переписываться с Дорой, боясь судебного разбирательства. Мечтая проявить себя как музыкант, композитор и художник (о литературе пока помышлений не было), он был прикован к службе ради пропитания: мелкий судебный чиновник в Глагоу, затем в Познани, откуда в наказание за злые карикатуры на высшие слои общества его сослали в провинциальный Плоцк. В это время без особого воодушевления он женился на Михалине Рорер, однако с женой ему повезло: простая, но сердечная женщина она снисходительно относилась ко всем отклонениям от нормы своего творческого супруга.

В 1804 году Гофмана перевели в чине государственного советника в южно-прусское окружное управление в Варшаву. Здесь наконец-то он приблизился к тому миру, который его манил, в 1805 году став заведующим и цензором варшавского «Музыкального общества».

В это время Гофман решает посвятить свою жизнь музыке. Для начала он меняет свое третье имя Вильгельм на Амадей, сочиняет музыкальные произведения, концертирует... Но после входа французской армии в Варшаву Гофман лишился работы из-за роспуска прусских учреждений.

Началась полоса крайней нужды и разочарований. В семью пришло горе – умерла единственная двухлетняя дочь Цецилия. Гофман уезжает в Берлин, но в разоренной Наполеоном Пруссии он никому не понадобился – ни как юрист, ни как музыкант, ни как  художник. Чтобы поесть, он иногда продавал свои вещи... В 1808 году его пригласили капельмейстером в Вамберг, и жизнь дала ему небольшую передышку. Гофман сочиняет музыку для спектаклей городского театра, приобретает влиятельных друзей (один из них, виноторговец Карл Кунц, будет первым издателем его книг и биографом), становится завсегдатаем популярного ресторанчика «У розы», куда жители приходят на него посмотреть не только как на местную знаменитость, но и большого оригинала.

В этот тяжелый период он написал свою первую новеллу «Кавалер Глюк» (1809) – исключительно ради заработка, о чем свидетельствует его записка к редактору «Всеобщей музыкальной газеты», в которой он предоставляет ему полную свободу сокращений и добавляет: «Я бесконечно далек от всякого писательского тщеславия». К тому времени Гофман был автором более тридцати музыкальных произведений и с музыкой связывал свои надежды на бессмертие. Однако жизнь за него сделала выбор между тремя искусствами: «Кавалер Глюк» оказался «компасом», обозначившим и литературное направление, и тематику, и художественный метод Гофмана (эта новелла – своего рода мистификация с подзаголовком «Воспоминание 1809 года»: в модной кофейне Берлина автор разговорился со случайным человеком о том, как оскорбляют музыку плохим исполнением и непониманием. Незнакомец привел его в свой дом и виртуозно сыграл увертюру из оперы Глюка «Армида» по нотным листам, на которых не было ни одного знака. На изумленный вопрос, кто он, исполнитель вышел и вскоре вернулся со свечой в руке, в богатом камзоле, при шпаге и торжественно отрекомендовался: «Я – кавалер Глюк!» Казалось бы, вполне вероятная история, если бы не маленькое «но»: Глюк умер двадцать с лишним лет назад).

Такое мистическое переселение в реальный мир призраков, перенесение ночных кошмаров в дневную жизнь станет основным художественным приемом последующих произведений Гофмана и почти образом его жизни. Дойдет до того, что он сам начнет пугаться своих творческих грез и фантастических пришельцев, станет будить по ночам жену, которая будет усаживаться со своим вязанием рядом, как успокаивающий символ реального мира. Так написаны почти все его знаменитые вещи: новелла «Дон Жуан» (1813), повесть «Золотой горшок» (1814), сказка «Щелкунчик и мышиный король», роман «Эликсир дьявола» (1815 – 1816), повесть-сказка «Крошка Цахес по прозванию Циннобер» (1819), романы «Серапионовы братья» (1819 – 1821), «Житейские воззрения кота Мурра» (1820 – 1822), «Повелитель блох» (1822)...

 

Но вернемся в Вамберг, где у него вышел пока лишь «Кавалер Глюк». В Вамберге Гофман подрабатывает уроками музыки, которые снова приводят его к буре страстей, на этот раз их вызвала его шестнадцатилетняя ученица Юлия Марк. Эта любовь оказалась безответной. Вскоре появился и жених – богатый но недалёкий купец из Гамбурга. 10 августа 1812 года Гофман записывает в дневнике: «Удар нанесен! Возлюбленная стала невестой этого проклятого осла-торгаша, и мне кажется, что вся моя музыкальная и поэтическая жизнь померкла,необходимо принять решение, достойное человека, каким я себя считаю...». И достойное решение вскоре пришло: на загородной прогулке в обществе друзей он крепко выпил с соперником, отчего тот буквально свалился наземь. Гофман, указав на него Юлии, произнес филиппику в его адрес: «Взгляните на эту собаку! Мы все также пили, как и он, но ведь с нами не происходит что-то подобное! Это может произойти только с пошлейшим человеком!», после чего, естественно, отношения с семьей Марк были прерваны навсегда, но неразделенные чувства ещё долго приносили свои творческие плоды: Юлия вновь и вновь будет появляться на страницах его произведений в разных обличьях (Цецилия в «Верганце», Джульетта в «Приключениях в новогоднюю ночь», Юлия в «Житейских воззрениях кота Мурра»).

В 1813 году Гофман покинул Вамберг и на год задержался в Лейпциге и Дрездене как музыкальный директор оперной труппы Йозефа Секонды. Однако литература уже вышла на первый план и должность, которая несколько лет назад показалась бы Гофману даром небес, начинает его раздражать. После ссоры с Секондой он уехал в Берлин, где начал свою жизнь сотрудником апелляционного суда без жалованья. Там Гофман написал большой цикл рассказов: «Новогодняя ночь», «Эпизод из жизни трех друзей», «Пустынный дом», «Выбор невесты», «Ошибки», «Тайны», «Угловое окно» и другие. В них он вызвал всех злых духов Берлина и придал им черты реального существования, упоминая в рассказах названия городских площадей и улиц, питейных домов и кондитерских, фамилии банкиров и антикваров.

В Берлине Гофман стал постоянным посетителем винного погребка Люттера и Вегнера и сделался там центром кружка, названного «Серапионово братство», устав которого гласил: «Свобода вдохновения и фантазии и право каждого быть самим собой». Участники кружка стали первыми слушателями новых произведений писателей.

В столице он продолжает вести «двойную» жизнь: днём – работа в суде, требующая концентрации мысли, вечером – встречи с людьми искусства в винном погребке, ночью – изложение на бумаге дневных мыслей, воплощение в жизнь образов, разгоряченных вином.

Герцен писал: «Всякий Божий день являлся поздно вечером какой-то человек в винный погреб в Берлине, пил одну бутылку за другой и сидел до рассвета... Тут-то странные, уродливые, мрачные, смешные, ужасные тени наполняли Гофмана, и он в состоянии сильнейшего раздражения схватывал перо и писал свои судорожные, сумасшедшие повести».

Его организм довольно долго прощал ему такой образ жизни, но весной 1818 сдал – у писателя развивается болезнь спинного мозга. Начиная с этого времени, его состояние все более ухудшается. Летом друзья дарят писателю полосатого котенка, которого он называет Мурром. Гофман работает над следующим своим крупнейшим произведением – «Крошка Цахес, (Маленький Цахес) по прозванию Циннобер», а подросший кот спокойно дремлет на его письменном столе. Однажды писатель увидел, что его воспитанник открывает лапой ящик письменного стола и укладывается спать на рукописях. В письмах друзьям писатель рассказывает о необычайной сообразительности Мурра и намекает, что, возможно, в отсутствие хозяина, кот читает его рукописи и пишет свои.

В мае он начал работу над знаменитейшими записками ученого кота – «Житейские воззрения кота Мурра вкупе с фрагментами биографии капельмейстера Иоганесса Крейслера», в котором, предчувствуя скорую смерть, писатель предельно подчеркнул своё восприятие жизни – «двоемирие» – и горько иронизирует над тем, что страдания капельмейстера, (под которым подразумевается сам автор) есть не что иное, как случайные черновые листы, используемые котом-бюргером для изложения своих наблюдений. Уже в декабре 1819 страна, или, по крайней мере, Берлин, читает первый том «Житейских воззрений кота Мурра…». Сама двойная форма, в которой написан роман, кажется широкой публике неслыханной.

По иронии судьбы, которая часто превращается в трагедию, Гофман стал жертвой собственного художественного метода. Последние месяцы его жизни были отравлены судебной тяжбой с государством из-за сказки «Повелитель блох». В фантастическом и остроумном повествовании министерство юстиции разглядело сатиру на своих подчиненных. Уже поражённый параличом (с января 1822 года у Гофмана начинает развиваться сухотка спинного мозга), писатель вынужден был давать показания и диктовать оправдательные речи.

24 июня паралич достиг шеи, и он перестал чувствовать боли. «Ну, теперь мне, наверное, скоро полегчает, – с надеждой крикнул он пришедшему врачу, уже ничего не болит!». «Да, – понимающе ответил врач, скоро вам полегчает».

На следующее утро, 25 июня 1822 года, Гофмана не стало.

 

Эрнст Теодор Амадей Гофман был похоронен 28 июня на третьем кладбище храма Иоанна Иерусалимского. Надгробный камень был установлен за счет судебного департамента, который Гофман так не любил.

 

На камне высечена надпись:

Э. Т. В. Гофман
род. В Кёнигсберге в Пруссии Памятник
24 января 1776 года.
Умер в Берлине 25 июня 1822 года.
Советник апелляционного суда
отличился как юрист
как поэт
как композитор
как художник.
От его друзей"

 

Через несколько дней кредиторы распродали с торгов вещи писателя. Он не смог оставить супруге ничего, кроме долгов... Одним из его последних замыслов был создать роман о своей верной подруге, его ангелу-хранителю, преданной Михалине, но ему не суждено было сбыться.

Лишь один кредитор, владелец винного погребка «Лютера и Вегенера», простил долги писателя – своим остроумием и даром собирать вокруг себя компанию, Гофман привлек столько посетителей, что кабачок стал самым популярным заведением в округе.

Памятникв Бамберге

В немецком городе Бамберг, где Гофман провел, наверное, лучшие свои годы, находится памятник писателю, держащему на руках кота Мурра.

Также в Бамберге, в том доме, где на 2-м этаже жили Гофман с супругой с 1809 по 1813 гг., разместился его музей. Здание, построенное в 1762, практически не изменилось до сих пор. Напротив дома находится театр, носящий имя Гофмана.

В России творчество Гофмана стало набирать популярность с 30-х годов XIX века, чему немало посодействовал Белинский, который очень высоко ценил немецкого писателя: «Гофман – великое имя. Я никак не понимаю, отчего доселе Европа не ставит Гофмана рядом с Шекспиром и Гёте: это – писатели одинаковой силы и одного разряда».

На сайте, посвящённом  Гофману – http://www.etagofman.narod.ru/ – можно найти биографию писателя, его литературные, живописные и музыкальные произведения; дневники писателя и тексты произведений на русском и немецком языках; художественные и мультипликационные фильмы по мотивам произведений Гофмана и ещё много важной и интересной информации о жизни и творчестве писателя.

Навигация
This is WhiteBlack Plone Theme